?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
Православный запуск
olga1982a
«Путин человек неглупый, он понимает, что наша космическая отрасль ― это в чистом виде бутафория»

«В стране, где в школах отменено и запрещено преподавание астрономии. И вы удивляетесь, что ракеты не взлетают и что этот космос выглядит…»

Невзоров.03

А. Соломин
― Я хотел ваше внимание обратить на…

В. Дымарский
― Я хотел про сегодняшний императорский дворец.

А. Соломин
― А что там?..

В. Дымарский
― Про сегодняшнего нашего императора, который вынужден был остаться на космодроме Восточный.

А. Соломин
― В нынешней ставке он пребывает, по-прежнему остался, из-за переноса пуска. Вот скажите, есть Дмитрий Рогозин, да? Человек, который, в общем, которому президенту в глаза сегодня пришлось посмотреть – говорят, не самые хорошие вещи он там нашел. Вот что вы ему посоветуете? Только я призываю вас не советовать то же, что Николаю II, потому что некоторые люди из Роскомнадзора нас тоже могут сейчас слушать.

А. Невзоров
― Конечно, вы знаете, я людей из Роскомнадзора постоянно имею в виду и помню об их незримом присутствии везде. Кроме них есть же еще всякие православные активисты и прочее-прочее-прочее.

Вы имеете в виду, что много неприятного в глазах Рогозина сегодня увидел Путин? То есть, глаза Рогозина набиты падающими спутниками, обломками ракет, дымящимися лужами старого топлива и всякой прочей ржавчины. Вот напрасно Владимир Владимирович смотрит в такие штуки, как глаза Рогозина – вот это вот дурная привычка.

А. Соломин
― Наоборот, наоборот, я имел в виду, что в глазах Владимира Путина сегодня было что-то такое, что чиновники выходили оттуда с лицами, на которых лица не было.

В. Дымарский
― Напуганные.

А. Невзоров
― Напрасно, напрасно. Вот все они как-то избыточно серьезно воспринимают. Потому что Владимир Владимирович человек не глупый, он понимает, что наша космическая отрасль – это в чистом виде бутафория. Вот если вы бывали в Нью-Йорке, там есть для всяких пожилых обедневших звезд магазинчик, где даются в аренду драгоценности, сделанные, конечно, из обычного оконного стекла, или просто там разбирают старые люстры. Когда вроде бы надо прилично выглядеть, но никаких претензий уже на обладание многокаратными камнями нету. И вот надо понимать, что космическая отрасль России закончилась давно, потому что в космической отрасли нет такого понятия, как отставание. Отставание – это не применимый в данном случае термин вообще никак. Есть разрыв традиций, есть технологическое падение…

В. Дымарский
― Саша, а что вдруг произошло с нашим отечественным космосом? Это что – наука, или это производство?..

А. Невзоров
― Наука здесь ни причем. Это чистые технологии, это, прежде всего, заточенность государства либо избыточность средств у государства. Заточенность государства именно под космические цели. У нас не было ни того, ни другого. Плюс действительно были тяжелые годы, когда эта отрасль находилась в состоянии практически такого металлолома, и никто не подозревал о том, что снова какие-то полеты будут. Сейчас мы пытаемся создавать вот эту бутафорскую видимость. Конечно, проще всего было бы сказать, что нифига не взлетает, потому что допустили попов, которые там чего-то поосвящали – так чего вы теперь удивляетесь? Потому что православная ракета и не должна взлетать выше колокольни – это гордыня, да? Но я думаю, что здесь гораздо более тяжелая глубокая и неприятная история. Просто пора уже отказаться от этих амбиций.

(неразб.)

А. Нарышкин
― Виталий Наумович…

В. Дымарский
― Сейчас, подожди.

А. Нарышкин
― Да пожалуйста.

А. Невзоров
― Пока вы задавали вопрос…

В. Дымарский
― … от чего отказаться?

А. Невзоров
― … темпераментные москвичи. Отказаться от этих амбиций, от попыток выглядеть космической державой. Потому что пока все то, что мы предпринимаем по этому поводу – я не имею в виду такие глобальные неприятности, за которые, в общем, всерьез стыдно, типа «Фобос-Грунта», да? Помните.

В. Дымарский
― Да.

А. Невзоров
― Действительно вот это была огромная трагедия, в которую было вбухано много средств, много нервов, много знаний и много страсти – и она тоже провалилась, хотя была вроде бы подготовлена наилучшим образом.

А. Нарышкин
― А дальнейшая судьба Рогозина, как вам кажется, что он будет делать?

А. Невзоров
― Да вы посмотрите на его милое счастливое лицо – все же там абсолютно как с гуся вода. Да и никому в голову от Рогозина не придет ничего требовать. Он же обещал в 2017 году открыть секретные заводы на Луне. Помните, книжка такая была «Рогозин на Луне»? Да. Вот, будучи героем этой книжки, он будет чувствовать себя прекрасно в любом качестве.

А. Соломин
― Николай Носов, кажется, написал ее.

А. Невзоров
― Да, да.

В. Дымарский
― И не только на Луне, по-моему.

А. Невзоров
― И «Рогозин в Солнечном городе», какая-то еще была.

В. Дымарский
― Скажите мне, Александр, так все-таки… ну, хорошо, не будем вот по поводу науки, образования, здесь еще было одно событие, которое меня во всяком случае так заинтересовало, мягко говоря. Владимир Путин заявил, что нужно не допускать иностранные образовательные программы в нашу систему образования. Вот такого рода ограничения, они помогают космосу?

А. Невзоров
― Вы спрашиваете меня про космос…

В. Дымарский
― Ну, я про космос условно, как пример.

А. Невзоров
― В стране, где в школах отменено и запрещено преподавание астрономии. И вы удивляетесь, что ракеты не взлетают и что этот космос выглядит…

В. Дымарский
― Я понимаю, что вы хотите сказать. Зато там есть основы православия.

А. Невзоров
― Да, основы какой-то там очередной религиозно-мифологической культуры. Да, конечно, тут, увы, просто надо очень честно отдавать себе отчет в том, кем мы являемся на сегодняшний день, и танцевать строго от этого. А внезапные заявления Владимира Владимировича – вы знаете, он делает и те заявления, и другие заявления. Он находится под влиянием множества людей, множества разных факторов, его публичная жизнь велика. И я думаю, что он вполне имеет право на глупость, как любой из нас. Отказывать ему в этом праве, ну, было бы, наверное, предельно негуманно.

А. Соломин
― Александр Глебович, а можно я уточняющий один вопрос по поводу этой темы восточной? Все-таки, с вашей точки зрения, большую ответственность сейчас из-за того, что происходит с космосом, несет вице-премьер, который отвечает за космос, или министр образования, который отвечает за подготовку людей?

А. Невзоров
― Ни тот, ни другой, ни третий. Надо понимать, что это объективное явление, объективное событие, в котором, как в фокусе, собралось множество различных причин и факторов. И все, начиная с 90-х годов, начиная с момента разрушения Советского Союза, кстати говоря, у которого не меньше ракет падало, но просто об этом не узнавали, и не меньше ракет взрывалось, и не меньший бардак и безобразие было в космической отрасли. Здесь все вместе. Это не взлетающие ракеты, даже если, предположим, этот «Восток» каким-то образом на орбиту выведут, то это реальность и данность сегодняшнего дня…

А. Нарышкин
― Не «Восток», «Союз».

А. Невзоров
― «Союз», да. Которая продиктована множеством-множеством неприятных и абсолютно естественных причин.

В. Дымарский
― Смотрите, нас просили еще вам передать вопросы, которые прислали участники группы ВКонтакте, поэтому я выполняю это поручение. Александр Мурашов вас спрашивает: «Во многих городах отменили первомайские демонстрации из-за православного праздника Пасхи. А вот если бы Пасха совпала с 9 мая, что было бы отменено, на ваш взгляд: крестный ход или парад Победы?»

А. Невзоров
― Я думаю, что там как раз произошел бы симбиоз, наконец произошел бы симбиоз и сплав этих двух государственных культов. Думаю, что все равно победило бы 9 мая как культ гораздо более юный и имеющий для кого-то еще оттенок некой искренности. Если по поводу Пасхи все просто лицемерят откровенно, это лицемерие тотально, то в отношении 9 мая очень многие сохраняют иллюзии и искренность. Так что, я думаю, что в этом перетягивании каната выиграло бы 9 мая и попов бы здесь как бы задвинули в стороночку.

Эхо Москвы


Posts from This Journal by “космос” Tag