Вот стишок, за который на конкурсе я получил антикварную саблю (Всеволод Олегович Емелин, великий, помню, еще водку с нее пил по-казацки, установив стопку на клинок). © Иван Давыдов На погибель Перми патриотическая оратория Однажды М.А.Гельман, директор Музея современного искусства в городе Пермь, почитал, что пишут о нем местные газеты, и удручился сердцем, — очерняли бездарно. И объявил конкурс по очернительству себя. Я написал стихи, и конкурс, кстати, выиграл. Три недели в Каме свистели раки, Стефан Пермский, святитель, вертелся в раке, Пермяки постились, потом разговелись тельным, Спохватились — глядь, да уж поздно, блядь, — на вокзале Гельман. Его брови дугой, он трясёт серьгой, где ещё найдётся такой другой, а вокруг него — бесов вертлявых строй, строят глазки да корчат рожи. То ли он монгол, то ли он семит, но суров глагол и ужасен вид, слушать боязно, даже когда молчит, а уж рявкнет — проймёт до дрожи. Подавайте, — воет он, окаянный, — дань За двенадцать лет своего бесукльтурья тленного! Обустрою ужо я вашу Тмутаракань В соответствии с требованиями искусства современного. И ещё на завтрак мне требуется дитя, А бесовской своре моей — красна девица, А кто прекословить рискнёт — проглочу, шутя, Не что больше вам, пермяки, надеяться! Говорят старики: Сила Гельмана велика. Его стрелы смазаны спермою Кулика (Ядовитее мир пока не видал зверька!) И над Пермью иго его теперь на века. Опахабят, сквернавцы, в натурщиц нарядят дев, А чему подучат мальцов — и сказать сором. Пермь погибла теперь, обратилась из града в хлев. Наползли в неё чёрные черти со всех сторон. © Иван Давыдов