Иссякли, кончились слова

новое. для воскресения.
* * * *
Мой друг, тебе не повезло —
с гоморрой, а теперь — с содомом:
родное вымерло село,
так методично — дом за домом.

Вначале: деньги шли в район,
и шли — без шороха и пыли,
на школу и на стадион,
но до села — не доходили.

Иссякли, кончились слова,
влюбился нимб в колечко дыма,
и лишь, районный голова —
на джипе проезжает мимо.

Цветёт в бурьяне разносол,
назло макдональдсам и сушам,
а сколько этих мёртвых сёл —
разбросано по нашим душам.

Деревня — золотое дно,
но дремлет бес в питье и пище,
а счастье — было ли оно,
покуда не пробили днище.

Ты рисовал сплошной овал,
где юность — в рукотворной сперме,
где пьяный конюх нагибал —
молочницу на птицеферме.

И склеились в единый ком,
сплелись в клубок, пробиты ломом —
ветеринар с гробовщиком
и участковый с агрономом.

В село повадилась чума,
за ней — зима, война — кто больше,
и не сошедшие с ума —
отправились батрачить в польшу.

И поселилась пустота,
но ты, мой друг, не плачь по свету,
а лучше — приюти кота,
и петуха, и лошадь эту.

На сельском кладбище бывай,
так тихо там, порой, местами,
и только слышно, как wi-fi
потрескивает меж крестами.

19.02.22.

© Александр Кабанов